Вместо расизма

30.11.2018, 08:30

Денис Драгунский о вреде табака

Мужчина в окровавленной рубахе, в его груди торчит кухонный нож, а рядом — мужчина в тюремной робе и наручниках. Женщина, избитая и исцарапанная, в разорванном платье. Нищая замусоренная комната: железная кровать, табурет, пустые бутылки на полу. Опухшее лицо слабоумного пожилого алкаша. Женщина с побитым глазом и выбитым зубом. Пожелтевшая печень. Мозг с признаками синдрома Вернике-Корсакова. Монстры в виде кузнечиков с рогами и когтями. Больной ребенок. Жена, выгоняющая из дому пьяного мужа или убегающая от него, схватив детей в охапку (сгодится знаменитое полотно художника Доброва «Последний взгляд»).

Реклама

Какие приятные картинки! По совести говоря, их надо бы в обязательном порядке наклеивать на этикетки вин, коньяков, ликеров, виски и прочей алкогольной продукции, включая пиво. С соответствующими надписями, а именно: «Пьяная драка. Или тебя зарежут, или ты сядешь на 10 лет». «Ты опьянеешь, и тебя изнасилует любой мерзавец». «Нищета и одиночество». «Деградация личности». «Женский алкоголизм неизлечим». «Цирроз печени». «Алкогольное слабоумие». «Белая горячка». «Жертвы пьяного зачатия». «Разрушение семьи».

Почему государственные борцы за здоровье нации не озаботились вот такой, яркой и действенной антиалкогольной пропагандой — просто ума не приложу.

Хотя с курением (точнее говоря, с курильщиками) они борются изо всех сил: наклейки на пачки любых табачных изделий, запрет курить повсюду, где только можно запретить, включая улицы и площади, а также анекдотические затенения сигарет, сигар и трубок в классических кинофильмах.

Курение — очень вредная штука. Автор этих строк курил-курил, да и бросил более 15 лет назад, и сразу почувствовал себя гораздо лучше. Автор этих строк не любит находиться в прокуренном помещении, и даже на улице, идя вслед курящему на ходу человеку, испытывает явный дискомфорт.

Но ведь алкоголь — еще вреднее, еще хуже. Большинство убийств и прочих насильственных преступлений против личности совершаются на почве «совместного распития алкогольных напитков». Большинство уличных или «гостевых» изнасилований выглядит так: пьяная скотина (не могу здесь употребить слово «мужчина») нападает на беспомощную от опьянения женщину.

Да и вообще, давайте сравним две дурных, вредоносных привычки — табак и алкоголь. Обе они одинаково сильно вредят организму. Но вот в социальном измерении: кто помнит хоть один случай, когда человек, чтобы купить очередную пачку сигарет, продавал вещи из дому, лишая своих детей куска хлеба? Чтобы сотрудник вчера «накурился в хлам» и поэтому прогулял рабочий день и не выполнил задание? Чтобы специалист высокой квалификации постепенно «скурился» до состояния бездомного бродяги? Чтобы женщина выкурила не две сигареты, а четыре, пришла в состояние беспомощности и стала жертвой насильника? И наконец, чтобы два друга, в процессе совместного курения и по причине никотина, бросившегося в голову, стали бы колотить друг друга табуретками и колоть кухонными ножами? Но если в этом перечислении заменить табак алкоголем, то получится набор социально-криминальных банальностей.

Конечно, мне сейчас скажут, что алкоголь, особенно красное вино и хороший коньяк, полезен при целом ряде заболеваний. Да, так считают некоторые медики. Но вполне возможно, что это лишь прискорбное заблуждение. Точно так же в XVIII — XIX веках учеников английских аристократических школ просто заставляли курить — считалось, что табачный дым предохраняет от чумы и особенно — от простуды и бронхита. Да что там позапрошлый век — менее ста лет назад, в 1930-е, спортивные медики рекомендовали бегунам и лыжникам курить, так как это якобы «стимулировало работу легких». Но потом выяснилось, что это стимулирует совсем другие процессы в органах дыхания. Так что открытия насчет «благотворного воздействия алкоголя» у нас еще впереди, я полагаю. Кстати, мне приходилось слышать от врачей вот такой афоризм: алкоголики не болеют вообще ничем — кроме алкоголизма.

Но ведь курильщики отравляют воздух вокруг себя! Бесспорно, это так. Однако автомобили делают это куда эффективнее. Все московские курильщики за год не могут выдохнуть в атмосферу столько гадости, сколько делают московские автомобили за один день. А если взять пассажирские лайнеры — я читал, что один самолет выбрасывает в воздух разной ядовитой дряни примерно столько же, сколько 10 000 автомобилей, если бы они ехали на такое же расстояние.

Однако ни любители вина, ни автомобилисты, ни клиенты авиакомпаний не подвергаются такой дискриминации, как курильщики. Неужели все дело в том, что табачное лобби слабее вино-водочного или авто-авиамоторного? Возможно, так оно и есть, но дело все-таки не в этом.

Дело в том, что в европейско-американском коллективном бессознательном курильщик заменил собою чернокожего (шире — иммигранта-инородца-иноверца), еврея и гомосексуала.

А также и в российском бессознательном тоже; несмотря на наши постоянные и совершенно беспочвенные восклицания о «повороте России на Восток» мы отчаянно подражаем Западу. Взять, например, странноватую кампанию по переименованию аэропортов. Была прекрасная российская традиция — называть аэропорт по имени того села или городка, на месте которого он построен. Традиция мудрая, историчная, корневая — не побоюсь этих торжественных слов. Внуково, Пулково, Кольцово, Чертовицкое — как хорошо. Но захотелось чтоб как на Западе — у них имени Кеннеди или Даллеса — и у нас будет! Результат — кантианские битвы в Калининграде. Но я слегка отвлекся.

Политкорректная Европа и Америка прилежно борются с ксенофобией, гомофобией, антисемитизмом и расизмом, защищают права меньшинств. Это правильно, это очень хорошо. Но увы! Коллективное бессознательное просто-таки осиротело, потеряв образ Зловредного Чужака, лишившись Униженного Меньшинства, которое можно безнаказанно ущемлять и унижать. Это место заняли курильщики.

Еще раз повторяю: курить — здоровью вредить. Курить не надо! Однако курение (наряду с винопитием) не вчера появилось и не завтра исчезнет, оно, как это ни печально, есть часть культуры, наряду с прочими потребительскими и — особенно — пищевыми стереотипами. Никому не придет в голову крикнуть гражданину, который пьет вино в кафе: «Прекратите! Здесь дети! Какой пример вы им подаете! Вон отсюда! Пейте вашу гадость где хотите, но не на наших глазах!» — или человеку, который ест пирожное: «Что вы делаете, безумный вы человек? Ожирение! Диабет! Стеноз коронарных сосудов! Вы самоубийца!» А вот курящего можно прогнать не только из кафе, но и с автобусной остановки, и даже с лавочки в сквере.

Почему? Потому что он воняет? Подвергает опасности наше здоровье? Или потому, что обществу нужен Зловредный Чужак, кто-то вместо чернокожего или еврея?

Кстати, о дурном запахе.

Для того, чтобы некто превратился в преследуемого чужака, он должен внушать одновременно три чувства: отвращение, опасение и презрение.

Вонь — то, чем расисты и прочие ксенофобы традиционно объясняют свое отвращение к чужакам. Одни якобы воняют немытым телом и нестираной одеждой, другие — якобы невыносимой национальной едой, у третьих якобы какой-то особый запах пота, с которым не справляются шампуни и дезодоранты. Опасение — боязнь не только агрессии, но и инфекции и вообще вреда здоровью; а также боязнь разрушения культурного единства нации (старинное обвинение всем чужакам, начиная от недавних иммигрантов и кончая евреями, которые полтысячи лет жили в Германии, но в 1930-е годы вдруг стали в ней инородным телом). Наконец, презрение. Курильщик вызывает презрение из-за своей зависимости от табака: все кругом душевно здоровые и духовно сильные люди, а он, не в силах справиться со стрессом, смолит свои цигарки, как опустившийся наркоман. При этом он отравляет воздух (опасение) и воняет (отвращение). Политкорректная Европа с Америкой и вприпрыжку поспевающая за ними Россия радостно потирают руки: наконец-то найден безответный и жалкий Зловредный Чужак — и ни капли ксенофобии, гомофобии и расизма. Вот повезло-то!

В третий раз повторяю — с курением надо бороться. С курением, но не с курильщиками. Они такие же наши сограждане, со-человеки, как и другие обладатели странных и малоприятных привычек. Любой, кто кричит ближнему своему: «Ты здесь не один!» — пусть услышит в ответ: «И ты — тоже!».