Большая охота: что рассорило палаты парламента

Что не поделили депутаты и сенаторы

Во вторник состоится первое заседание совместной согласительной комиссии Совета Федерации и Государственной Думы по законопроекту о запрете контактной притравки. Документ неожиданно стал полем битвы между двумя палатами российского парламента. Депутаты утверждают, что охотничьей собаке достаточно познакомиться со зверем через сетку. В Совфеде же призывают не путать притравку и травмирование.

Одобренную Госдумой инициативу о запрете контактной притравки, среди авторов которой числятся представители руководства всех фракций нижней палаты парламента, неожиданно отклонил Совет Федерации, предложив создать согласительную комиссию по законопроекту. Депутаты на такой вариант согласились, но ограничили ее работу сроком до 10 февраля. Сейчас они утверждают, что в случае необходимости готовы воспользоваться установленным в законе правом обойти «вето» Совфеда и отправить законопроект сразу на подпись президенту. Первое заседание согласительной комиссии запланировано на 16 января.

Сама инициатива фактически направлена против использования так называемой контактной притравки при натаскивании собак к охоте. В ходе нее собака охотничьей породы вступает в непосредственный контакт со специально отловленным диким зверем.

Законопроект предлагает исключить среди методов подготовки собак те, которые приносят физический вред животным. Часто, медведям, например, чтобы они не повредили неподготовленной собаке, вырывают клыки и когти. Закон же вместо этого обязывает дрессировать собак с использование «ограждающих конструкций».

В документе также предлагается зафиксировать, что «подготовка и обучение («дрессировка») допускаются только в отношении собак охотничьих пород и ловчих птиц». И что это допустимо только в лицензированных охотничьих угодьях.

Сторонники закона отмечают, что в большинстве случае животные, используемые для притравки, содержатся в плохих условиях, а также фактически истязаются во время самого процесса. Противники закона отрицают, что контактная притравка означает истязание зверя, а собаки, не прошедшие такую тренировку, на деле оказываются не готовы к встрече с диким зверем.

Политолог Алексей Макаркин в разговоре с «Газетой.Ru» отметил, что по накалу страстей этот случай явно выбивается из политической практики нынешней эпохи. Бывает, что в редких случаях Совфед отклоняет какой-либо закон, но к созданию согласительной комиссии и угрозам преодолеть вето это не приводит: «Палаты сейчас работают достаточно слаженно».

Эксперт вспоминает похожую ситуацию лишь при решении значительно более судьбоносного вопроса об отмене выборов губернаторов. Палаты спорили о том, может ли президент отстранять от должности главу региона. Однако, по словам Макаркина, тогда Совфед был во многом палатой глав регионов, сейчас же этот орган гораздо более управляем.

А это вообще законно?

От Госдумы сопредседателем согласительной комиссии выступает председатель комитета по природным ресурсам Николай Николаев. В разговоре с «Газетой.Ru» он заявил, что контактная притравка уже по факту является противоправным деянием. И если даже нынешний законопроект не будет принят, то притравочные станции и их владельцы уже окажутся под ударом. Парламентарий ссылается на 245 статью УК РФ «Жестокое обращение с животными». Согласно ей, жестоким обращением с животными считается такое деяние, которое повлекло его гибель или увечье и совершалось из хулиганских или корыстных побуждений.

По мнению Николаева, вся контактная притравка, практикуемая большинством станцией, уже сейчас автоматически подпадает под определение в данной статье.

«А как это может не приводить к увечьям. Если какого-то барсука кусают в бок, вряд ли ему это в удовольствие», — комментирует депутат. Корыстные же побуждения, по его мнению, всегда присутствуют в ходе контактной притравки. Он объясняет, что даже если за притравку не платятся деньги, само повышение цены за выдрессированную собаку предполагает материальную выгоду для лица, обратившего к такой дрессировке. Уголовный кодекс предполагает целый комплекс санкций за нарушение статьи от штрафа до 80 тысяч рублей до лишения свободы на срок до трех лет.

Депутат также считает, что в большинстве случаев можно доказать, что преступление совершается группой лиц по предварительному сговору. В этом случае предусмотрены наказания от штрафа в сто тысяч рублей до лишения свободы на срок от трех до пяти лет.

Николаев указывает на то, что пока возбуждаемых дел по этой статье было немного, но в случае широкомасштабной дискуссии правоохранители с большим вниманием отнесутся к данной проблеме.

Впрочем, глава комитета по экологии Владимир Бурматов, также входящий в согласительную комиссию, говорит, что доказывать состав преступления по уголовной статье за жестокое обращение с животными сейчас все-таки проблематично. По его словам, на притравочных станциях всегда могут сказать, что это, скорее, относится к процессу подготовки охотничьих собак, которая регламентируются законом об охоте. А так как там конкретного описания теники подготовки не содержится, то контактная притравка под него не попадает. Он считает, что если правоохранители «вдруг» раскроют глаза на притравочные станции, то им проще будет привлекать подобные предприятия за уход от налогов. Впрочем, депутат уверен, что на комиссии разговор свернет в другое русло.

Оба депутата жестко выступают за полное исключение контактной притравки. По их словам, охотничьей собаке достаточно контакта со зверем через сетку.

Сенаторам важен близкий контакт

В свою очередь, представители Совета Федерации в согласительной комиссии отстаивают совершенно противоположную позицию. В частности, сенатор Антон Беляков объясняет, что правовым и аналитическим управлениями верхней палаты Совета Федерации был выделен целый ряд юридических неточностей в законопроекте. В частности, формулировки «охотничьи породы», по его словам, в законодательстве нет, а, значит, под закон можно подвести практически любую дрессировку.

По его словам, многие критикуют контактную притравку, основываясь на единичных видеороликах из интернета, но при этом не интересуются мнением тех охотников, для которых это не просто забава, но уклад жизни.

Он сравнивает отсутствие возможности контактной притравки с боксом: «Как можно учиться боксу, исключительно лупя по контуру, нарисованному на картоне?».

Беляков подчеркивает, что копья по поводу этого закона ломаются уже не в первый раз. Аналогичная дискуссия уже имела место по аналогичному закону о защите прав животных. Он прошел первое чтение, а в дальнейшем была создана рабочая группа, которая нашла компромисс. Новый законопроект должен был прийти из правительства, однако в результате группа депутатов нижней палаты внесла свой вариант, который и был одобрен Думой в трех чтениях. Сенатор утверждает, что он слово в слово повторяет тот законопроект, однако несколько предложений, к которому пришла рабочая группа, оказались выкинуты оттуда.

Сопредседателем согласительной комиссии от Совета Федерации будет Владимир Лебедев. «Газете.Ru» не удалось с ним оперативно связаться, однако ранее он также заявлял СМИ о найденном в ходе заседания рабочей группы «компромиссе». Речь идет не о том, чтобы полностью исключить контактную притравку, а ограничить процесс способами, которые не наносят увечий животному и не приводят к его смерти. Также Лебедев заявлял в СМИ, что надо разрешить притравку как контактным, так и бесконтактным способом, в зависимости от зверя и породы собаки.

Беляков заявил, что 245 статья УК РФ действительно распространяется на случаи жестокого обращения с животными на притравочных станциях. Однако, по его словам, «контактную притравку не надо путать с травмированием».

Политолог Алексей Макаркин отмечает, что казусный конфликт между двумя палатами Федерального собрания, вероятно, стал возможным потому, что вопрос не политический. По политическим, по мнению эксперта, палаты как раз должны сходиться. В данном случае же Дума просто решила принять популярную в обществе меру, хотя тема экологии и зоозащиты и не является заглавной в нашей политике. А вот на уровне Совфеда законопроект застрял из-за того, что он пересекся с конкретными интересами.

«В российской политике с незапамятных охота — это еще и способ коммуникации. Человека можно пригласить на охоту», — напоминает Макаркин. По его словам, популярностью она пользовалась и в царской России, и в Брежневские времена, и теперь.

А изменение правил притравки вызывает опасение у любителей такого времяпрепровождения. Ведь это может означать изменение уклада охоты. «Если притравка будет другой, то и охота может быть другой. А вдруг приглашенному человеку не понравится?», — указывает на нерв проблемы Макаркин.